Вопрос 3631: 24 т. Я всегда считал, что евреи верят в Ангелов и в душу точно так же, как и мы, и о том говорил кришнаитам, обличая их перевоплощение душ. Что Талмуд про это говорит?

Ответ: Талмуд - это же не Библия, не откровение Божие, а вымыслы человеческие, о которых ещё Давид позаботился, охарактеризовав их: Пс.118:113 – «Вымыслы [человеческие] ненавижу, а закон Твой люблю».

 «Обоготворив таким образом себя самих, творцам и толкователям талмуда оставалось сделать обратное с Богом, представив Его существом чисто вымышленным, низменно человекоподобным, служащим поводом для насмешек евреев, и уничтожавшем в них самое воспоминание о величавом Иегове, коему поклонялись их отцы. Таким образом давнишнее фарисейское стремление, отрицавшее всякое божество, кроме природы, было единственным верным и осторожным способом достигнуто, ибо они не могли, не рискуя вызвать опасные сопротивления, обнародовать в Израиле в неприкровенном виде эти свои взгляды. Так как поэтому являлось необходимым сохранить для толпы, как основу вероучения Бога Создателя, то фарисеи удовлетворились сохранением в чистоте пантеистического начала лишь для своих тайных книг и своих сборищ высшей каббалы, и выдвинули в талмуде Бога; но Иегову умаленного, забавного и странного, точно выскочившего из оперетки Оффенбаха, так что этому еврейскому музыканту для образца богов из «Орфея в аду» было, без сомнения, достаточно лишь справиться в книге своего народа. Просмотрим Талмуд и возьмём наудачу несколько примеров шутовства, к которым примешано имя всемогущего Бога. День (Abod. Zar; folio 3, b) имеет двенадцать часов. В течение первых трёх Бог сидит и изучает закон; в течение трёх следующих Он судит мир; в течение ещё трёх часов Он занят его прокормлением, потом, удовлетворившись Своими девятью часами работы, Он садится, зовет Левиафана, царя рыб, и играет с ним. Левиафан же этот (Baba Bathra, a et b) - страшное чудовище, ибо, по утверждению Талмуда, он, может, не подвергая свою глотку опасности, проглотить рыбу в 300 километров длины. Поэтому, из боязни, чтобы потомство этого великана не переполнило мир и не погубило его, Бог выхолостил Левиафана и убил его самку; он засолил её мясо, и эту солонину едят в раю избранные.

 Что же делает Бог затем, когда приходит ночь? Рабби Менахем уверяет нас, что сначала он изучает Талмуд с ангелами, но эти последние не единственные, с кем Иегова обсуждает эту священную книгу, ибо Асмодей, царь злых духов, поднимается тогда на небо, чтобы принять участие в беседе. Затем Бог танцует с Евой, помогает ей одеваться и расчёсывает ей волосы. Но это распределение времени подверглось некоторому изменению; со времени разрушения Иерусалимского храма Бог более не играет с Левиафаном и не резвится более с Евой, ибо Он печален, тяжко согрешив. Этот грех так тяжело давит на Его совесть, что, согласно Талмуду, Он сидит в продолжение трёх четвертей ночи и рычит, как лев, восклицая: «Горе Мне, Я допустил разрушить Мой дом, сжечь Мой храм и угнать в плен Моих детей». Напрасно, чтобы утешить Его, Ему поют хвалебные гимны, Он только качает головой и повторяет: «Счастлив царь, коему хвалы поют в его доме, и какого наказания заслуживает отец, допустивший своих детей влачить жизнь в нищете?». Это огорчение довело Его до такого изнеможения, что Он сделался совсем маленьким; раньше Он заполнял весь мир, а теперь занимает не более четырех локтей земли. Он плачет и Его слёзы падают с неба с таким грохотом, что шум этот раздаётся далеко, и порождает землетрясение. Когда таким образом отчаяние заставляет Бога рычать от горя, Он подражает голосу льва из Элаи, имевшего, по словам Талмуда, весьма замечательную глотку. Однажды римский император пожелал видеть этого льва, за ним послали, и когда он был на расстоянии 400 миль от императора, он заревел с такой силой, что все беременные женщины выкинули и все стены Рима рухнули, когда же он приблизился на 300 миль, то снова заревел так громко, что люди потеряли свои зубы, и император, свалившись с трона, умолял увести льва. 

 Вполне понятно, что Бог, изображаемый в таком виде, мало внушителен для людей, почему Талмуд Его и описывает осыпаемым упрёками. Даже луна упрекает Его в том, что Он сотворил её меньшей, нежели солнце, и Бог смиренно признаётся в Своей оплошности. Бог к тому же легкомыслен и даёт необдуманно клятвы. Для того, чтобы от них избавляться, существует могучий ангел, называемый Ми, находящийся постоянно между небом и землей, приносящий Ему освобождение от легкомысленно принятых на Себя обязательств. Но случается, что этот ангел не оказывается на своем посту, и тогда Бог бывает поставлен в большое затруднение; так, однажды, израильский мудрец услышал Его восклицающим: «Горе мне! Кто избавит Меня от Моей клятвы?» Мудрец побежал рассказать это своим товарищам, раввинам, обозвавшим его ослом за то, что он не освободил сам Бога от клятвы, на что каждый раввин имеет право.
 Чтобы дополнить нравственный облик Бога, каким Он изображается в Талмуде, добавим, что Талмуд великодушно приписывает Ему ответственность за все грехи, совершаемые на земле: «Это Он, — говорят раввинские писатели, — дал людям развратную натуру»; следовательно, Он не может упрекать их за впадение в грех, раз Он Сам их к нему предназначил. Поэтому Давид, совершив прелюбодеяние, и дети Эли, занимавшиеся лихоимством, в действительности не согрешили; Бог один виновник их прегрешений. Если Талмуд таким образом обращается с Богом, то обхождение его с Ангелами, надо полагать, ничем не лучше. Священная книга синагоги изображает их занятыми половину дня приготовлением сна для людей. В благодарность за их попечение, люди должны быть им признательны, но это не означает, что без них нельзя было вовсе обойтись. Действительно, Ангелы, хотя и очень учёны, но незнакомы с халдейским языком; так что, когда евреи хотят просить у Бога чего-либо в тайне от Ангелов, им только надо молиться по-халдейски; небесное воинство остаётся, разинув рот, и один Иегова понимает смысл просимого.
 Ангелы очень не равны между собою в правах, и лишь небольшое их количество вечно, что есть удел души человеческой. Эти отдельные избранники были сотворены в начале мироздания, во второй его день; все же остальные должны погибнуть до окончания мира. К тому же Иегова создаёт ежедневно новые полчища Ангелов; но эти последние живут лишь одно мгновение: они поют в Его честь хвалебную песнь и исчезают. Каждое слово, произносимое Богом, рождает Ангела. Двадцать одна тысяча Ангелов приставлены к двадцати одной тысяче растений, произрастающих на земле; есть Ангелы для диких зверей, для птиц, для рыб и даже для лекарств; Талмуд нас поучает, что блаженный Архангел Гавриил, Ангел Благовещения, обязан наблюдать за спелыми плодами. В одну из пятниц вечером, когда было уже очень поздно, Бог создал злых духов, и так как наступал шабаш, то у него не хватило времени их закончить и воплотить.
 Они имеют душу, созданную из вещества, находящегося на луне и ни к чему не пригодного, вещественный образ, состоящий из воды и огня у одних, и из земли и воздуха у других, но не имеют плоти. Много злых духов происходит от Адама, говорят раввинские писатели: когда первый человек был изгнан из земного рая, он сперва отказывался приблизиться к Еве, дабы не давать жизни существам, проклятым Богом. Два злых духа женского пола явились тогда ему и зачали от него. В течение ста тридцати лет одна из этих женщин-демонов, по имени Лилит, произвела от Адама на свет демонов, злых духов и ночных призраков. Но Лилит погрешила против Адама, и Бог осудил её видеть каждый день гибель ста её детей; горе её было столь велико, что с тех пор она, в сопровождении четырехсот восьмидесяти злых духов, не перестаёт носиться по свету, оглашая воздух рёвом. 

 В то время, как Адам вёл себя столь легкомысленным образом, поведение Евы было не лучше: она была любовницей злых духов мужского пола, породивших ей подобное же потомство. С того времени много мужчин и женщин совокуплялось со злыми духами. Поэтому нечего удивляться, что количество этих последних очень велико, тем более, что они размножаются также и между собою, и оно было бы ещё больше, если бы эти злые духи не были так склонны к пьянству и обжорству, следствием чего является гибель многих из них от расстройства желудка. Соломон, бывший великим чародеем, хорошо знал эти их особенности, и сверх своих семисот жён и трёхсот наложниц избрал себе четырёх жён из злых духов женского пола. Одной из них была эта Лилит, бывшая уже женой Адама и ведшая с тех пор столь шумный образ жизни. Другая танцевала безостановочно и имела свиту из 479 злых духов, подражавших всем её кривляньям. Но она не могла быть сравнима с третьей избранницей Соломона, которая была женой могущественного духа Саммаеля, и, в честь её адского супруга, её сопровождали 180.000 самых злейших духов. Единственным средством для людей убить злых духов является приготовление мацы (пасхальных пирожков), запах которых для них невыносим. От них уже давно, со времени потопа, избавились бы, если бы Ной не был столь наивен, взяв несколько пар духов в ковчег. С того времени они очень размножились, и их встречают повсеместно. Они любят танцевать между рогами быков, возвращающихся с водопоя, или среди толп женщин, возвращающихся с похорон. Зависть влечёт их также к раввинам. Наконец, ореховые деревья служат им убежищем, и каждый ореховый лист занят одним из них, почему надо остерегаться засыпать под их тенью, ибо духи могут с ними сыграть злую шутку.
 Талмуд неистощим в вопроса о злых духах, и все басни, которые он рассказывает, легли в основание книг о колдовстве и чернокнижии, столь распространённых в средние века, и которые за последние двадцать пять лет пользуются вновь общественным вниманием. С полным основанием Элифас Леви (расстрига Лун Констан) говорит, что Талмуд есть основа чернокнижия. Злые духи, колдовство, чары встречаются там на каждой странице. Не надо рисковать ходить в глухие места, ибо там обитают злые духи, не надо быть в одиночестве во время роста и ущерба луны, так как это время принадлежит злым духам; не надо никому кланяться ночью, ибо тот, кому вы кланяетесь, может оказаться злым духом и т. д. 

 Самые нелепые суеверия, распространявшиеся впоследствии ворожеями самого низкого сорта и мошенниками-колдунами (встреченный крест — дурной знак близкого несчастья, пятница - несчастливый день и т. п.), впервые записаны в Талмуде и составляют часть раввинского обучения. Кроме выгоды умаления сверхъестественного в жизни, как среди евреев, так и не-евреев, фарисейские творцы талмуда придают символический смысл его суеверным взглядам; и раввины ещё теперь очень забавляются, видя многих христиан, в остальном твердо верующих, принявшими учение синагоги, почитающие крест и пятницу (орудие и день искупления) дурными предзнаменованиями. Раввины, ценившие себя так высоко, ставя свою мудрость выше Божьей, не могли не приписывать себе и большой власти над злыми духами. Талмуд утверждает, что эта власть безгранична, и что они ею пользуются для самых удивительных опытов магии. Об одном из творцов Талмуда говорится, что он знал секрет воскрешения человека, сперва им убитого, тем более, мог он возвращать жизнь животным; поэтому он придумал для удешевления своего пропитания каждый вечер убить трёхлетнего телёнка, которым он с аппетитом закусывал с одним из собратьев; на другое утро он его оживлял, чтобы снова убить и съесть его при наступлении вечера. Другой знаменитый раввин, предпочитавший дичь, обращал своей магической силой тыкву в оленя и дыню в лань.

 Здесь всё же нужно было иметь тыквы, но если бы рабби Ельезер присутствовал там, то нечего было опасаться их недостатка: нескольких таинственных слов было бы достаточно, чтобы заполнить тыквами целое поле. Рабби Яннаи, не менее искусный, мог обращать воду в скорпиона. Однажды, когда ему не доставало верхового животного, он обратил одну женщину в осла и возвратил ей первоначальный вид лишь по окончании поездки. К тому же все известные раввины, говорит Талмуд, имели волшебный камень, помогавший им делать чудеса; один из них забавлялся тем, что дотрагивался им до солёных птиц, которые тотчас же оживали и улетали. Таким же точно образом талмудийские писатели исказили Библию, пересказывая её вторично, перемешивая со всяким вздором, вроде того, о котором мы только что говорили. Например, Талмуд говорит, что сначала Бог сотворил человека гермафродитом, Адам и Ева составляли одно тело, но впоследствии он изменил образ мыслей и разделил их. Адам в то время был так высок, что его голова касалась неба, и когда он ложился, его ноги находились на крайнем западе, а голова на крайнем востоке, когда же Адам согрешил, то Бог сделал его меньше обыкновенного человека. Почти также велик был Ог, царь Базана, упоминаемый в Библии, которого Талмуд часто выводит на сцену. Раввины утверждают, что, благодаря своему росту, он не утонул во время потопа. Когда самые высокие горы были покрыты водою, его голова всегда возвышалась над поверхностью волн. Он, тем не менее, находился в большой опасности быть сваренным, так как вода, покрывавшая землю, была очень горяча, но он был хитёр и заметил, что вода около ковчега оставалась холодной, и не отходил от него ни на шаг. Ему пришлось лишь попоститься всё это время, что должно было его сильно беспокоить, ибо он в обыкновенное время съедал ежедневно две тысячи быков и столь же штук дичи, которые он запивал двумя тысячами мер вина. Когда евреи пришли в Базан, он хотел отделаться от них одним ударом. Зная, что их лагерь занимал три мили земли, он от одной горы оторвал скалу того же размера и взвалил себе на голову с целью сбросить ее на спутников Моисея. Но Иегова угадал его намерение и послал муравьев подточить скалу; эта работа была столь быстро исполнена, что скала оказалась разъеденной на голове Ога и, свалившись ему на плечи, защемила ему шею точно капканом. Пока Ог старался от нее избавиться, Моисей прибежал с топором, рукоять которого имела 10 локтей длины; он подпрыгнул на 10 локтей в вышину и, таким образом, поразив Ога в пяту, нанёс ему тяжёлую рану, от которой он умер. Впоследствии рабби Иоханан нашёл в пустыне громадную кость: он бежал более трёх миль по её длине, раньше, чем достиг её конца; это была берцовая кость Ога. Когда однажды Ог потерял зуб, Авраам подобрал его и вырезал из него себе постель. Между тем, Авраам был ростом и толщиной равен семидесяти четырём обыкновенным людям и имел обыкновение есть столько, сколько едят обыкновенно семьдесят четыре человека. Правда, Талмуд попеременно рассказывает, что этот зуб послужил материалом то для постели, то для кресла. Было бы, тем не менее, большой ошибкой думать, что Талмуд заключает в себе лишь одни подобные басни.

 Фарисеи, его составившие, этими сказками осмеяв Бога и Библию, постарались в новой священной книге запечатлеть существенные основы своего учения. Таким образом, мы вновь встречаем более, чем в двадцати местах Талмуда, определённо подчёркнутым старое верование в переселение душ, которое зарождавшаяся секта фарисеев заимствовала у халдеев во время вавилонского плена и которое им удалось потом привить всему еврейскому народу, а в наши дни распространить его среди христиан под видом спиритических и теософских учений. Талмуд утверждает, что Бог, создав души евреев из Своей собственной сущности, подобно тому, как сын происходит из сущности отца, уготовал им всем вечное блаженство в Раю. Но Он их допускает туда лишь после того, как они очистятся, пройдя через различные воплощения, так что души умерших возвращаются, чтобы воплотиться в родящихся детях, до той поры, пока Бог призовёт к себе эти души. Случается, что евреи поступают нечестиво, убивают другого еврея или отрекаются от своего народа; что остаётся делать Богу с подобными мятежниками? Он не осуждает их на вечные мучения, в худшем случае, он подвергает их им на один год, после чего эти еврейская души воплощаются в растения, потом в животных, затем в человека не еврея и, наконец, они делаются достойными вернуться вновь в тело еврея и могут вновь заслужить вечное блаженство. Нельзя не поразиться сходством, существующим между этим учением фарисеев, имеющим за собой уже двадцатипятивековую давность, и учением, исповедуемым в наши дни учениками Алан Кардека или госпожи Блаватской. Существенная разница между ними заключается в том, что вечное блаженство по Талмуду предназначено лишь евреям, тогда как спириты и теософы утверждают, что все существа его достигнут. И в этом случае, быть может, нет определённого между ними противоречия, ибо Талмуд допускает, что некоторые не евреи путем самоусовершенствования могут перевоплотиться в тело еврея; следовательно, цель существ, которую теософы начинают с существ неодушевлённых, чтобы закончить человеком, насчитывает по Талмуду одно лишнее звено: еврея или сверхчеловека. Теософы и спириты временно могут и не признавать этого дополнительного звена; от этого они не станут духовно менее зависимыми от философского учения евреев, и лишь подготовляют умы своих последователей к переходу в еврейство, которое в один прекрасный день поглотит умнейших из них. Надо добавить, что Талмуд не ограничивается изложением в общих чертах учения о переселении душ. Он приводит определённые примеры. Так, он указывает, что душа Иафета воплотилась в Самсона, душа Фареса в Иова, душа Евы в Исаака, душа блудницы Раховы в Гебера Хетеянина, душа Саула в Хели. Каин, более их всех наделённый, имел три души: одна вселилась в Гетро, другая в Корея, а третья жила в теле египтянина, убитого Моисеем. Что касается Исаии, изображаемого Талмудом убийцей и прелюбодеем, то его душа переселилась в тело Иисуса из Назарета, основателя ненавистной христианской секты, каковой Иисус, по словам раввинов, погружён в аду на вечные времена в котёл с кипящими нечистотами

 В ад также идут души не евреев (их не надо смешивать с душами провинившихся евреев), временно лишь воплощавшихся в тело не евреев, в то время, как все евреи рано или поздно попадут в рай, все другие люди, а особенно христиане и мусульмане, прокляты и будут погружены на вечные времена в чаны с жёлчью и грязью. Единственным для них средством спасения является обрезание и принятие при жизни еврейства. Это проклятие всех гоев есть вещь вполне справедливая, ибо, если евреи божественного происхождения, как мы это видели выше, то все гои происходят от злых духов и их души подобны душам самых нечистых животных. Здесь мы сталкиваемся с другой стороной фарисейского учения, заимствованной не от философских взглядов халдеев, но происходящей от старой национальной гордости евреев. Фарисеи, приняв халдейское воззрение на мир невидимый, переработали его на еврейский лад, сохранив за Израилем его положение избранного народа и обетование всемирного владычества. Эти великие безбожники только развили представление о роли, предназначенной евреям Провидением, обратив Спасителя во всемирного завоевателя и подменив первенство, принадлежавшее Израилю, как исповедовавшему истинную веру, мнимым расовым превосходством над другими народами, если же религиозное превосходство обязывало Израиля быть справедливее относительно всех неевреев (призванных в будущем также к познанию Бога Моисея), то верование в племенное превосходство, наоборот, возбуждало евреев видеть в других людях низших существ, терпимых лишь, пока они смиренно обслуживают избранный народ, и преступных, когда они покушаются быть равными с ним. Дав евреям Талмуд, фарисеи вложили им в сердце не только желание завладеть миром, физически и доступными человеку средствами, но ещё и сознание, что они к этому владычеству предназначены превосходством своего происхождения; скотская природа же прочих людей предназначает их лишь к рабству.

  Талмуд полон предсказаниями того, что произойдёт на конце времён, когда придёт царь Мессия, который раздавит всех гоев колёсами своей колесницы. В это время будет великая война, во время которой погибнет две трети народов. Евреи-победители затратят семь лет на сожжение оружия побеждённых. Эти последние подчинятся евреям и поднесут им богатые дары, но царь Мессия не примет дани христиан, которые все должны быть уничтожены. Все богатства народов перейдут в руки евреев, богатство которых будет неисчислимо, богатства же царя Мессии будут столь велики, что одни ключи для запирания их составят груз для трёхсот вьючных животных; что же касается простых евреев, то самый незначительный из них получит две тысячи восемьсот рабов. После истребления христиан глаза оставшихся просветятся: они попросят обрезания и одежду посвящения, мир будет населён исключительно евреями. Тогда земля будет производить без обработки пироги на меду, шерстяную одежду и такую чудную пшеницу, что каждое зерно будет равно размером двум почкам самого большого быка. Мы считаем своим долгом привести все эти басни и предсказания, носящие в Талмуде название «рассказы» (aggades), потому что они служат мерилом духовного падения, в которое победа фарисеев ввергла еврейский народ, а также и потому, что они дают ключ к пониманию атмосферы исступленной гордости и жажды господства, в которой Израиль живёт в течение веков.

Теперь мы приступим к разбору «Наhbakothos» или «притч» Талмуда, излагающих в форме кратких изречений заповеди и учение, бывшее до сих пор и теперь ещё составляющее основу учения синагог всего мира и дающее объяснение, каким образом еврейская душа сделалась сочетанием пламенной ненависти и жестокого вероломства по отношению ко всему, что ему чуждо, и в особенности по отношению к христианам». Флавиан Бренье де Сен-Кристо. Пс.26:2 – «Если будут наступать на меня злодеи, противники и враги мои, чтобы пожрать плоть мою, то они сами преткнутся и падут». Откр.6:9 – «И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели».

 

С бессловесной тварью монолог

Так и подмывает завести,

Нет ни осуждений и ни склок,

Только шерсть любимой мнёшь в горсти.

       Мы домашними зовём, кто ближе к нам,

       И привычно собственностью кличем.

       Для породистых дырявь тотчас карман,

       Поизысканней готовь лохматым пищи.

Наш характер, нежность и ухватки

Видятся в четвероногих тварях;

Так же до чего-то очень падки,

Нам продляют юность или старят.

       Я держал учёнейших собак,

       След слепой вели в лесу до цели,

       На пути река, нюхательный табак,

       Но они убийц поймать сумели.

О погибших плакал, обвинял себя,

Что они свой долг не посрамили.

Дам приказ – не тронут и котят,

Не на привязи – пропустят птицу мимо.

       Тварь прирученная кем-то и когда-то

       Учит многому, нередко пристыдит.

       Голуби летят к далёкой хате,

       Радует их кувырок-кульбит.

Ближе и охватнее, чем кошки,

Кажется, никто не пробирался;

Тотчас вычислит она твою оплошность,

Недооценил когтистую напрасно.

       Только бы не стала тварь кумиром,

       Не очеловечить бы её инстинкты,

       А такое часто по квартирам,

       Потрясающие дикостью картинки.

Божие творенье мучается с нами,

Как-то ждёт усыновленья падших;

О землетрясениях, пожарах и цунами

Нас предупреждает, и о смерти даже.            16.08.07. ИгЛа

Hosted by uCoz