Вопрос 2338: 10 т. Ваш брат давно знаком с вашим епископом. Как знаю из личного опыта, священники далеки от открытости со своими архиереями, скрывают истинные доходы и другое. Как лично у вас в РПЦЗ, были ли конфликтные  ситуации?

Ответ: Примером может служить  жаркая ситуация, какую нам создала моя статья о мёртвом церковно-славянском языке и о живом великорусском. Но Господь так устроил, что мы живы, читаем всё библейское на богослужениях только на русском языке и радуемся в Господе вместе с  убивавшим нас архиереем. Еккл.8:3-4 – «Не спеши уходить от  лица его, и не упорствуй в худом деле; потому что он, что захочет, все может сделать. Где слово царя, там власть; и кто скажет ему: «что ты делаешь?»». Вот как  устроялось дело.

«Христос посреди нас! Здравствуйте, дорогой о.Иоаким. Получил письмо от Вас от 21 янв.. Вы всё же настаиваете, что статья Игнатия «О слове» совершенно безобидна. Докажите! А коли не берётесь, почто же препираетесь со мной? Если бы это была не статья, а письмо Игнатия так и подписанное «письмо по такому-то поводу» - пусть  тысяче адресатам – у меня не было бы причины к срочным и решительным действиям. А это именно статья. Причём человека, который бахвалится близостью к митрополиту Виталию, печатает своё фото вместе с ним, благословение от него на свою деятельность рекламирует,  значит  статью  должны принимать как одно из деяний Зарубежной Церкви. Но это же совершенно против мнения, против учения нашей Церкви, причём Игнатий именно клеймит всех, без оговорок, всех ревнителей Церков. слав языка. Это наглость. Как Вы-то не можете этого понять? Или лукавите, но ведь не глупые!

Ведь  разговор про русский богослужебный  язык у вас мы заводили неоднократно. И в Потеряевке на часах читали псалмы в русском переводе и я дал замечание и говорил, что в крайнем случае только паримии читать переведённые; вроде согласились, но в Барнауле опять же – на часах псалмы читали  по-русски. Вы что, не слышали? Вот то-то и оно: понятно будет тогда, когда будем слушать и молиться. Ну вот почему же и Игнатий и Вы говорите-то другое! Как же можно  пастырю и проповеднику лгать?! И при этом Игнатий прёт отсебятину с таким  гонором, как  непогрешимый ни в чём. Ну ладно, буду молчать – тогда зачем же я и есть? Зачем? Чтобы хвалить? Уговоры дело хорошее, но ведь Игнатию чем смиреннее говоришь, тем более он превозносится; не слышит, совсем не слышит. На мои письма отвечает так, что я не могу понять, кому он пишет, обвиняет в том, чего и не было, а про что спрашиваешь - не ответит. Вы же сами, отец Иоаким ставили передо мной вопросы: 1. о перекрещивании; 2. об «Истинном»(О Духе Святом в символе веры). 3. о языке. Я их специально задал на собор в Лесне, дал Игнатию ответы – он опровергает своими статьями – с нами ли он тогда? «Мне никто не запретит» - что ж, воля твоя – гуляй свободным, но твоё мнение - это не мнение Церкви. Церковь защищает, и отстаивает своё учение, в том числе и таким способом: запрещая проповедовать иное, а коль не помогает  запрещение, не слушается его, тогда единственный способ очистить своё учение - сделать явным и гласным, что такой-то непокорный проповедник – отлучён, несёт своё, а не церковное.

 И Игнатий и Вы видите в этих действиях злой,  горделивый умысел, даже тактику КГБ. Значит мало смыслите в церковной дисциплине. Оставляю Игнатию Тихоновичу один лишь способ  исправления: точно так же как публиковал и рассылал статью «О слове» - опубликовать и разослать по тем же адресатам разъяснение по поводу её написания, текст разъяснения, согласованный со мной. Для согласования текста  лучше бы было Игнатию приехать ко мне в Ишим. Я буду в Ишиме до 15 февраля, а потом уеду до 15 марта, так что надо будет после созвониться.

Если еще  что-то Игнатий надумает публиковать, пусть делает пометку: «печатается без благословения епископа Ишимского и Сибирского Евтихия»; иначе мне придётся принимать новые меры прещения. Вас, отец Иоаким, придётся отстранить от должности благочинного  за бесчиния на Вашем приходе. Что касается моего приезда к вам – будет зависеть от Ваших действий: не лукавьте и не выдумывайте своих подоплёк моим действиям, не пытайтесь «приручить» меня к своим выдумкам, противным соборному мнению нашей Церкви. Под Ваш диктат я не пойду; Божией милостью, мне есть у кого спрашивать совета и искать руководство (я имею ввиду архиереев РПЦЗ). 24.25,26 февраля я был в Суздале, куда был приглашен архиепископом Лазарем на архиерейское совещание. Там я обнаружил полное попрание Акта примирения с Одессой и Суздалем, подписанное на соборе в Лесне. Написал об этом рапорт митрополиту. Очевидно,  неизбежен окончательный разрыв со «Свободной» и «Истинной» - лукавыми спутницами.

Кстати Игнатий Тихонович в последнем письме и архиереев Валентина с Лазарем пришил к своим доказательствам моей неправоты – совершенно не зная сути дела.  В конце своего письма я повторно требую лично от Вас, о.Иоаким, подробного отзыва на статью «О слове»; как получится. Ваша жалоба на свою недостаточную грамотность – неуклюжая отговорка, лукавая.

Скрепить, спаять нас может только истина, простота, честность.

О какой любви Вы с Игнатием  пишете, если оба утверждаете: мой указ не из-за статьи «О слове», а из-за неприязни к вашему приходу. Это ложь. Кого бы я побоялся, чтобы выставлять причины неприязни (будь таковая) к Вашему приходу? Какой выигрыш я имею от того, что статью использую лишь как повод? Моя цель удержать Ваш приход от ухода из моей епархии, из РПЦЗ. Инакомыслие - вот это уход, а что словами, бумагами, объятиями  - всё внешнее. Без внутреннего согласия, без единомыслия в вере –внешность не соединит, будет эта внешность еще и сугубым грехом лицемерия.

Игнатий свидетельствует сам о себе, утверждая, что знал мою реакцию на статью, какая она будет – значит открыто и нагло шёл (и идёт) на раскол. У митрополита Виталия и у других официальных деятелей РПЦЗ есть статьи в защиту Церковно-Славянского языка: почему же он не вступил в открытую полемику с ними, а под прикрытием (внешним) РПЦЗ, пишет статьи, противные  её позиции  и учению. Бросьте меня уговаривать - исправляйте дело. Уговоры могут смягчить меня, но в целом в церковном деле – навредят.

Простите, если какая грубость мной допущена в письме. С любовью о Господе.  + епископ Евтихий.  2.2.95».

 

Защитником быть сирых и вдовиц,

Покинутых, больных и одиноких,

И от насильников спасти, напавших на девиц,

Когда обиду видел и спасти бы мог их.

       Но иногда, не приведи, Господь,

       И сила есть, отчётливо всё видишь,

       На расстоянии твой крик души и злость,

       Но крыльев нет, и ты свидетель лишний.

Живу по милости  Господней не в столице,

А на окраине, имею голубей.

Из леса рядом злые террористы,

И похищают как чеченец злой людей.

       Что делать с ястребом, ума не приложу,

       Советы нереальные отбросив;

       Решаюсь сделать крест и освятить прошу,

       Остановить молитвой не человека  просто.

Не думаю, что крючконосый изверг

Мог видеть водружение распятья.

Среди ветвей невидимый был выстрел

И снайперу в молитве тот  камуфляж попался.

       До этого не раз я видел в небесах,

       Как нежная голубка добычей становилась.

       Теперь наш спор был на иных весах,

       И чаша  благодарности до алтаря склонилась.

И только раз я видел меж ветвей

Как сиротивший нежных голубят

Летел за той межой, не смел посметь,

И разворачивался, отступая вспять.

       Такое повторялось и в деревне -

       Испытанное средство наготове:

       Молитва, крест – рецепт от самых древних,

       И не к зенитке руки, к Иегове.

Умильно по утрам смотрю туда, где храм,

Не скрежещу на ястреба зубами,

Не устоит стократ сильнейший тот тиран,

Я защищён с моими голубями.                7.9.04.ИгЛа

Hosted by uCoz